Кобозев - город моего детства

Добавил к записи про радиоклуб две карточки. Первая - мачта Доолотова и наш клуб в 1972 году, вторая - моя первая QSL-карточка, 14.03.1973.

Мачта и клуб, 1972

Моя первая QSL-карточка, 1973

Нашёлся и Костя Калинин (ещё в 2011 году, см. комментарии к записи про радиоклуб). Он потом стал в клубе последним инструктором, до самого конца. Сейчас возле клуба вырос целый рынок, Радиобазар: сначала в 1990 году там просто радиолюбители по воскресеньям менялись деталями у ворот, а теперь, говорят, 14 рядов, телефоны и компьютеры. Костя там председатель. Мачта стоит. Костя прислал фото мачты, как она сейчас, выложу позже.

73 de Andreas. Heute funke ich nicht mehr, aber das Lötzinn riecht immer noch nach Kobozev.

Письмо от Кости Калинина. Привожу целиком, без поправок:

Андрей, в субботу красили мачту. Собрались десять человек, больше, чем в прошлом году: два пенсионера из старых радиолюбителей, мои ребята с рынка, и даже один парень с красной бородой, он никогда не слышал о Доолотове, но залез на 20 метров без страховки (я потом отругал). Красили тем же серым, что и в 1980-х, только краска теперь с обещанием на двадцать лет. Радиолюбительский позывной клуба я по-прежнему не получил, но подал заявку. Если дадут, повешу антенну. Может, к твоему приезду.

Прочитал дважды. Парень на мачте - это про меня в 1973-м, только у меня была страховка, потому что Аркадий Михайлович проверял. Теперь по мачте лазают, а позывного нет. Придёт: у Кости упорства хватит на троих.

Мачту, которая по легенде «гудит гимн», если кто забыл, поставили в 1934-м. Я не слышал, как она гудит. Может, послушаю в 2027-м.

Три ночи подряд читал блог Виктора Ивановича Суханова («Записки старого нефтяника»), за три года, пока не открывалось. Читал от начала до конца, как книгу. Кто не знает: это старый нефтяник из Дастгоха, 86 лет, с огородом и внуком в Сургуте. Мы переписываемся с 2009 года.

Больше всего меня тронула запись про жену. Людмила Петровна ушла десять лет назад, а он до сих пор высаживает её жёлтые помидоры из конверта с семенами. Подумал про маму и про мамин рецепт пирога. Выключил компьютер и пошёл на кухню. Лена спросила, почему я плачу. Я сказал, что лук режу. Нет лука.

Ещё он пишет, что в декабре приедет правнук, первый раз. Буду рад за него. Посмотрите блог (ссылка слева), если ещё не были. Только не удивляйтесь английскому: он учился в институте в 1959 году и с тех пор не растерял ни слова.

Леону на днях исполнилось 14 (в июне, но празднуем в августе, когда все вернулись из отпусков). Вырос выше меня. Говорит по-русски с акцентом, думает на немецком, а на подарок попросил билет в Нуржан. Нет, не «хочет», а «просит», вежливо и настойчиво, как будущий дипломат.

Я не против. Но надо подумать о деньгах: в Ираде сейчас, говорят, доллар в банке по 8,40, а на базаре больше десяти, и в банке доллары выдают только с ограничением. Наличные евро можно поменять у менял на нуржанском базаре или на Радиобазаре. Курс там лучше. Но Миша советует не раскрывать большие суммы. Возьмём ровно столько, сколько нужно.

План на весну 2027-го, если ничего не изменится: самолёт до Алматы, машина через границу, три дня в Нуржане, один день в Дастгохе на Литейной, один день на Радиобазаре, день на кладбище у бабушки. Леон хочет увидеть мачту, футбольный стадион и «город, где всё чёрно-белое». Я пообещал ему, что за 7 лет он стал цветным.

Горы на юге, вид из окна машины, сентябрь 2019.

Leon möchte im Frühjahr nach Nurzhan. Ich auch.

Обновил список 10 «Б». Теперь в нём больше найденных, чем ненайденных, чего я уже не ждал. Спасибо всем, кто писал за эти три года, когда я не мог ответить (я читал письма, но мой ответ приходил на пустой экран).

Кого ещё ищем: Бориса Тена (его племянница Светлана писала из Москвы, последнее письмо Бориса было из Нуржана в 1998-м), Рустама Ахмедова, Наталью Гусеву, Ольгу Лысенко, Марину Орлову. Если вы знаете кого-то, скажите, что в Лар можно писать на почту, ответ придёт.

Серёжа Пономарёв из Омска написал короткое письмо: «Живой, помню всё, привет классу». Я прочитал и сел. Мы с ним в 1973-м разбили окно у Кохов мячом, и он, кроме нас двоих, об этом не знал. Окно потом вставили за наш счёт: полтора рубля с каждого.

Следующая встреча 10 «Б» - летом 2027-го, снова в Нойвиде. Приедут, надеюсь, не только те семеро.