Кобозев - город моего детства

Меня спросили в письме (спасибо, не буду называть имя), чем кормили в Кобозеве. Начну с самого главного: пирожки у вокзала, по 5 копеек. С капустой, с картошкой, с ливером. Продавала их тётя Шура в белом халате, из большого алюминиевого бака, обёрнутого одеялом, чтобы не остыли. Горячие, жирные, бумага сразу делалась прозрачной. Я брал два, один съедал на ходу, второй нёс маме в больницу, и он уже не был горячим, но мама всё равно хвалила.

В посёлке на Дастгохском рынке корейцы продавали морковь по-корейски и «хе» из рыбы, это было что-то совершенно новое в 70-е, и мы, мальчишки, брали на 10 копеек в кулёк из газеты. Татарки продавали чак-чак. Немки (наши, с Литейной) в воскресенье пекли штрудели и «шнитцы», но на рынок не носили, это было для дома.

Газированная вода из автомата стоила 3 копейки с сиропом, 1 без. Стакан был один на весь автомат, его мыли струёй снизу. Все пили, и никто не заболел. Квас из бочки у проходной Тяжмаша: 6 копеек кружка, летом очередь.

Если у вас есть что добавить (где был лучший беляш!), пишите.

Проходная, 1983

Кобозевский завод тяжёлого машиностроения, по-простому Тяжмаш. Сейчас он называется «Нуржанмаш», но в городе, говорят, до сих пор все говорят «Тяжмаш». Завод вырос из цехов, эвакуированных в 1941 году из европейской части, и стоял на краю нашего посёлка. Делал детали для тракторов, а с 1949 года - станки-качалки для нефтепромыслов, насосы, резервуары. В конце 80-х на заводе работало около 11 тысяч человек.

На Тяжмаше работала вся наша семья. Бабушка Мария - в войну на погрузке, после 1956 года в столовой. Отец, Фёдор Андреевич, с 1950 по 1992 год формовщиком в литейном цехе. Я после Политехнического института, с 1979 по 1993 год, мастером, потом старшим мастером в цехе № 4 (сборка станков-качалок). Мама, правда, работала в городской больнице № 1, медсестрой, она одна у нас не заводская.

Немцы на заводе

Наших немцев привезли в Кобозев в 1941 году из Поволжья, мою бабушку с отцом (ему было 9 лет) тоже. Жили в бараках у завода, работали на заводе, до 1956 года ходили отмечаться в комендатуру. Многие так и остались в посёлке, пока в 1990-1993 годах почти все не уехали в Германию.

Самая известная из наших - Елизавета Карловна Гофман (Elisabeth Hoffmann), её тоже привезли в 1941 году, а потом она стала главным инженером завода. Когда я пришёл на завод, она уже не работала, но её все знали, и в цехе висела её фотография. Она уехала в Германию в 1992 году и написала книгу воспоминаний «Степь и завод» (Die Steppe und das Werk, 1999), которая в 2003 году вышла и на русском в Нуржане. Обязательно прочитайте, там про наш завод всё честно.

(Дополнено 09.05.2017:) Её племянница написала мне: Елизавета Карловна умерла в 2009 году. Светлая память.

Цех № 4

Наша качалка на Чуйском промысле, 1986

Наш цех собирал станки-качалки. Это такие «кивающие лошадки» на нефтепромысле, кто видел, тот знает. На сборке работало человек 300, в две смены. Начальник цеха в моё время - Степан Ильич Бондарь, мастера Ли, Ахмедов, Шульц, я. Был у нас и свой ансамбль, и футбольная команда цеха, и стенгазета «Качалка» (я её рисовал 6 лет).

В 1986 году мы ездили на промысел на пуско-наладку новой серии. Степь, ветер, жара, качалки до горизонта, и все наши. Это была гордость.

Последние годы были тяжёлые: в 1991-1992 зарплату не платили, заказы кончились. Я ушёл в марте 1993 года, перед отъездом. Мне дали трудовую книжку и грамоту, грамота висит у меня в Ларе.

Линейка 1 сентября 1971 года

Наша двенадцатая школа - трёхэтажная, с колоннами у входа, между посёлком и микрорайонами. Обучение было на русском, как во всех городских школах. Я учился в ней с 1964 по 1974 год. Классным руководителем у нас с 4-го класса была Розалия Хамитовна Нигматуллина, физика, строгая, но мы её любили. Директор - Николай Семёнович Пак. Немецкий язык вела Эмма Андреевна Рейх, и у неё мы, немцы, получали тройки, потому что дома говорили на «нашем» немецком, а не на «правильном».

Что помню: макулатура и металлолом (наш класс в 1972 году собрал больше всех, потому что Пономарёв договорился с Тяжмашем), КВН, лыжи в овраге, поездки на хлопок в 9-м классе, вечера с магнитофоном «Юпитер». Выпускной в июне 1974 года, а утром ходили на берег Чу встречать рассвет.

Позже в нашей школе работали учителя, которых потом знала вся страна, об этом лучше прочитать в газетах, я не политик.

10 «Б», выпуск 1974 года

Отмечаю, кто нашёлся (зелёным) и где живёт. Список обновляю, когда кто-то находится. Если знаете что-то о других, пожалуйста, напишите!

Нашлись: 12 из 24, и родные Кости Ли. Виньетка класса (скан Ирины Фризен).

Учителя (кого помню)

Р. Х. Нигматуллина (физика, кл. рук.), Н. С. Пак (директор, математика), Э. А. Рейх (немецкий), Галина Степановна (русский и литература, фамилию забыл, стыдно), Абдыкадыр Сатарович (военное дело, фронтовик), Зоя Павловна (химия, взрыв в 1972 году помнят все). Если кто помнит фамилии, напишите.

Начну со своего места. Остальной город потом, по районам.

Дастгох, «посёлок»

Литейная, 1979

Моя родина. Дастгох - старый рабочий посёлок к западу от центра, по протоке Чу. У нас его никто не называл районом, говорили просто «посёлок» или «на Дастгохе». Там литейки, котельный завод, мастерские, а улицы так и назывались: Литейная, Заводская, Кузнечная. Через посёлок шёл арык, который в войну отвели к кузнечным молотам, и мы в нём ловили лягушек, хотя вода была с мазутом.

Мы жили на ул. Литейной, 14, в двухэтажном доме на четыре семьи, который построили пленные немцы после войны (так говорили, сам не знаю). Бабушка Мария Вальтер получила там комнату в 1950 году, когда отец пошёл работать на Тяжмаш. Во дворе была колонка, сарай с углём и голубятня Валерки с Заводской. По воскресеньям все шли на Дастгохский рынок: мама за помидорами у корейцев, отец к кузнецам смотреть железо, а я с пацанами в тир.

В 1971 году отцу дали квартиру в микрорайоне, а бабушка осталась на Литейной до самой смерти (1988).

Здравствуйте, дорогие земляки и все, кто зашёл сюда случайно!

Этот блог - о городе Кобозев в Ирадской ССР, где я родился в 1957 году и прожил 36 лет. С 1993 года город называется Нуржан, а я живу в Германии, в городе Лар (Шварцвальд). Здесь я собираю старые фотографии, воспоминания о нашей улице, школе, заводе и радиоклубе, и ищу людей, с которыми потерял связь.

Я не историк и не писатель, пишу как умею. Если где-то ошибся, поправьте меня в комментариях. Если у вас есть фотографии старого Кобозева, присылайте, я с удовольствием добавлю их с вашим именем.

Dieses Tagebuch ist meiner Heimatstadt Kobozev (heute Nurzhan) gewidmet. Ich bin 1993 als Spätaussiedler nach Deutschland gekommen. Es ist überwiegend auf Russisch, aber Kommentare auf Deutsch sind herzlich willkommen.

Блог мне помог завести двоюродный брат Миша, он живёт в Нуржане: для Кюндёлюка нужен логин Attelkom, а у меня, понятно, его нет, так что формально это Мишин блог. Писать буду я. Компьютер я освоил в прошлом году на курсах в Volkshochschule, так что не судите строго.

Немного о городе

Кобозев построили по плану 1927 года на ровном месте, на равнине у реки Чу, как столицу нашей республики. Назвали в честь Петра Кобозева, большевика. Когда я родился, это уже был большой промышленный город: нефть (её нашли в 1949 году), нефтеперерабатывающий завод, Тяжмаш, железнодорожный узел. В 1989 году в Кобозеве жило около 930 тысяч человек, больше, чем в Таласе. Говорили у нас почти все по-русски: русские, украинцы, немцы, корейцы, татары, ирадцы, казахи - все вперемешку, и никто не спрашивал, кто ты.

После 1992 года многое изменилось, и об этом я писать не буду, кто жил там, тот знает. Этот блог о том городе, каким он был для нас.

Андрей Вальтер (Andreas Walter), Лар