Кобозев - город моего детства

Проходная, 1983

Кобозевский завод тяжёлого машиностроения, по-простому Тяжмаш. Сейчас он называется «Нуржанмаш», но в городе, говорят, до сих пор все говорят «Тяжмаш». Завод вырос из цехов, эвакуированных в 1941 году из европейской части, и стоял на краю нашего посёлка. Делал детали для тракторов, а с 1949 года - станки-качалки для нефтепромыслов, насосы, резервуары. В конце 80-х на заводе работало около 11 тысяч человек.

На Тяжмаше работала вся наша семья. Бабушка Мария - в войну на погрузке, после 1956 года в столовой. Отец, Фёдор Андреевич, с 1950 по 1992 год формовщиком в литейном цехе. Я после Политехнического института, с 1979 по 1993 год, мастером, потом старшим мастером в цехе № 4 (сборка станков-качалок). Мама, правда, работала в городской больнице № 1, медсестрой, она одна у нас не заводская.

Немцы на заводе

Наших немцев привезли в Кобозев в 1941 году из Поволжья, мою бабушку с отцом (ему было 9 лет) тоже. Жили в бараках у завода, работали на заводе, до 1956 года ходили отмечаться в комендатуру. Многие так и остались в посёлке, пока в 1990-1993 годах почти все не уехали в Германию.

Самая известная из наших - Елизавета Карловна Гофман (Elisabeth Hoffmann), её тоже привезли в 1941 году, а потом она стала главным инженером завода. Когда я пришёл на завод, она уже не работала, но её все знали, и в цехе висела её фотография. Она уехала в Германию в 1992 году и написала книгу воспоминаний «Степь и завод» (Die Steppe und das Werk, 1999), которая в 2003 году вышла и на русском в Нуржане. Обязательно прочитайте, там про наш завод всё честно.

(Дополнено 09.05.2017:) Её племянница написала мне: Елизавета Карловна умерла в 2009 году. Светлая память.

Цех № 4

Наша качалка на Чуйском промысле, 1986

Наш цех собирал станки-качалки. Это такие «кивающие лошадки» на нефтепромысле, кто видел, тот знает. На сборке работало человек 300, в две смены. Начальник цеха в моё время - Степан Ильич Бондарь, мастера Ли, Ахмедов, Шульц, я. Был у нас и свой ансамбль, и футбольная команда цеха, и стенгазета «Качалка» (я её рисовал 6 лет).

В 1986 году мы ездили на промысел на пуско-наладку новой серии. Степь, ветер, жара, качалки до горизонта, и все наши. Это была гордость.

Последние годы были тяжёлые: в 1991-1992 зарплату не платили, заказы кончились. Я ушёл в марте 1993 года, перед отъездом. Мне дали трудовую книжку и грамоту, грамота висит у меня в Ларе.